РОДЕРИК ФИНЛЕИСОН
А почему они хотят срубить дерево Таранги? — удивленно спросила какая-то женщина.
— Проводку делают, — высокомерно объяснил Панапа. — Они протягивают через долину новую электрическую линию, а дерево стоит как раз на дороге. Десять тысяч вольт! Ого! Вот это сила! Подведи под нее такой провод, так живо спрыгнет со своего дерева. Ого! — злорадно воскликнул Панапа и ткнул в бок дядюшку Тьюна. Старик только злобно плюнул в ответ и заковылял прочь.
— Ого! — захлебывался Панапа. — Вы только поглядите на главного пакеха, — бегает вокруг дерева, ругаетвовсю старую Тарангу, а она себе сидит наверху, ни словане понимает и знать ничего не желает.
И вправду — Таранга преспокойно сидела на дереве, покуривая свою трубку, набитую зловонным табаком то-рори. Вот она повернула голову и неторопливо, презрительно сплюнула на землю. А потом снова устремила вдаль взгляд старых полузакрытых глаз. Как беснуются и кричат внизу эти краснолицые пакеха! Ничего, пусть пошумят.
Толпа у хижины, где жила Таранга со своим внуком, все возрастала; на узкой дороге, что отделяла раскинувшееся на холме небольшое поселение маори от реки, как раз и росло дерево тотара. Мужчины собрались у старых сараев или стояли, опершись о покосившиеся заборы, женщины сидели на корточках перед открытыми дверями своих хижин или бродили взад и вперед по дороге с привязанными за спиной младенцами. Ребятишки, кто посмелее, подходили к машине инспектора и грязными пальцами что-то чертили на ее пыльном кузове. Шофер прикрикнул: — Эй, вы там! Отойдите-ка от машины.
И, понурив головы, надув губы, ребятишки робко смотрели на него большими испуганными глазами.
Но минуту спустя они уж:е визжали от удовольствия за спиной у инспектора. Есть на что посмотреть — важные пакеха из города собрались, чтобы согнать с дерева безумную старую Тарангу. Но она ведь настоящая колдунья — как и ее отец, тохунга. А вдруг она сейчас взмахнет своей шалью, словно крыльями, закричит, превратится в птицу и улетит прочь! Или возьмет да проклянет всех пакеха, и они иссохнут на глазах у всех и превратятся в сухие палки. Дядюшка Тьюна говорил, что она способна и на худшее. Однако ребята постарше не верили в такое колдовство.
И вот пока старуха, ни на кого не обращая внимания, сидела на дереве и курила свою трубку, а пакеха, собравшиеся внизу, спорили между собой и взывали к ней столь же тщетно, как если бы взывали к небесам, толпа вокруг от души веселилась. Но когда наконец инспектор потерял терпение и приказал своим людям силой стащить старуху с дерева, настроение толпы изменилось. Женщины у хижин пронзительно завизжали. Одна крикнула: