РОДЕРИК ФИНЛЕИСОН
— Убирайтесь, пакеха, и запугивайте своих горожан. А мы, маори, еще никогда не оскорбляли ни деревьев, ни старых женщин.
Мужчины у заборов зашумели, а молодые парни угрожающе двинулись вперед. Внук Таранги — Тайкеху, который недавно рубил дрова, все еще держал в руках большой топор. Таранга, может, и безумная старуха, но ;в конце концов это ведь ее родовое дерево. Нельзя же вот так взять и срубить священное дерево. Можно сколько угодно смеяться над старухой, усевшейся среди ветвей, словно старая черная ворона, но какое право имеют пакеха стащить ее с дерева и срубить его. Хоть-ты и умник, белый, а берегись!
По-видимому, инспектор это понял. Он приказал рабочим, ожидавшим с лестницами, топорами, веревками и пилами, уйти. Затем он уселся в свою большую машину.
—- Эй, ребятишки, дайте дорогу, — закричал шофер.
Оставляя позади себя бензинное зловоние, белые покинули поселок. На сей раз Таранга осталась победительницей.
— Завтра они вернутся с полицией и стащут старую Тарангу за ногу, — злорадно объявил Панапа. — От полиции ей никуда не уйти. Да, черт возьми, посмотрим, как от нее достанется полицейскому.
— Ого, они вернутся назад с солдатами, — весело и возбужденно кричали ребятишки, — они придут сюда с пулеметами и будут стрелять в Тарангу — та-та-та-та, а она возьмет да и проглотит пули.
— Замолчите! — приказал Панапа.
Случай с Тарангой взбудоражил всех, и возбуждение, словно лесной пожар, мгновенно охватило весь маленький тихий поселок. Молодые горячие головы сговаривались устроить завтра пакеха «горячий» прием. Их подбадривал дядюшка Тьюна. Куда это годится, говорил он, какие-то чужаки оскверняют священное дерево. В его время молодежь знала, как поступать в таких случаях. Он хорошо помнит, как сам он однажды ударил томагавком одного пакеха, который осквернил кладбище. Если бы маори давным-давно его послушали, все пакеха были бы на дне морском, только там им и место! Кормили бы акул, распалялся дядюшка Тьюна. Но людям надоело слушать поучения дядюшки Тьюна, и они не обращали на него внимания. Ребятишки и те, когда он начинал разглагольствовать, только отмахивались.
Мужчины принялись танцевать вокруг дерева тотара воинственный танец хакас. Полная женщина, выпучив глаза, громко подбадривала их. Когда, запутавшись в длинной красной юбке, она споткнулась и упала, все так и покатились со смеху. Не сговариваясь, они решили веселиться всю ночь напролет. Люди побросали работу и собрались возле хижины Таранги, а Таранга все сидела на дереве.