ДЖОН КОУЛ
Тоненько заплакал ребенок. Он прижал свой круглый кулачок к подбородку и через минуту уже ревел вовсю. Мать подняла его, поставила на ножки, и он запрыгал у нее на колене.
— Ш-ш... ну, ну.
Кондукторша выпрямилась.
— Нет там никакой палки, — сказала она. — Ее у вас, наверное, и не было.
— В другой раз побольше разбавь водой, — хохотал мистер Гарберс.
,— Мерзкие твари! — сказала тощая женщина.
— Встаньте, хватит вам безобразничать! — приказалакондукторша. За ее спиной колыхался лес любопытных лиц.
— Вышвырните его, — крикнул кто-то.
— Пускай пешочком прогуляется, мисс!
Маориец поднялся. К его брюкам пристала пыль и использованные билеты, валявшиеся на полу. Возвышаясь над толпой, он молча двинулся к двери.
Тут мистер Гарберс увидел его лицо и сразу перестал смеяться.
— О господи! — воскликнул он.
Седая старуха, сидевшая позади двух женщин в перчатках, беспокойно огляделась по сторонам.
— Что он сказал? — спросила она. —• Палка. Он сказал, палка?
Трамвай с грохотом затормозил, подходя к остановке у лавок на окраине города.
Старуха наклонилась, отвела в сторону подол своего длиного черного платья и подняла трость. В вагоне воцарилась гнетущая тишина. Трость от ручки до наконечника была выкрашена в белый цвет.
— Боже мой! — охнула тощая женщина и опустиласьна свое место. — Боже мой!