ДЖОН ГРЭМ
Сэм залпом допил чай и выплюнул чаинки обратно в чашку. Потом начал мне советовать, где попытать счастья, и так это у него лихо получалось, как будто для меня уже приготовлено с десяток тепленьких местечек, но я-то понимал, что все будет совсем не так просто. Я понятия не имел, где искать работу. Сидишь под замком, и ни о чем не надо заботиться, а выпустят тебя, и живи как знаешь — это слишком крутой поворот, и он сразу выбивает тебя из колеи. Может, поэтому многие тюремные пташки норовят вернуться обратно в тюрьму.
— Как собираешься зарабатывать на хлеб? — сноваспрашивает Сэм, будто его это очень волнует и я непременно должен ответить. Мне это стало надоедать — сидит,разглагольствует, посасывает сигарету, перекатывает ееиз угла в угол рта, вид такой, словно жизнь у него самаябеззаботная. Я ответил, что, пожалуй, снова попробую устроиться где-нибудь в конторе, но сразу же вспомнил проденьги, которые тогда взял, и что из этого вышло, и понял, что не так-то просто об этом забыть ни мне, ни другим.
Сэм сказал, что я неважно выгляжу, и мне не мешало бы отдохнуть. Я напомнил ему, что отдохнул всласть. Взял у него газету, стал просматривать объявления о найме. Сэм как будто парень неплохой, в первую минуту я был ему рад, но скоро он начал меня злить — уж очень он самоуверенный, бог его знает, откуда это у него. Он чистит канализационные трубы и, сколько я его знаю, всегда этим занимался, говорит, работа у него хорошая, легкая, и часто что-нибудь перепадает, хотя уж не знаю, чем там можно поживиться.
— Что-нибудь нашел? — спросил он. — Почитай-ка вслух, а я помогу тебе выбрать.
Я спросил, с чего это он взял, что у меня есть выбор, но он будто и не слыхал. Прочел я несколько объявлений, дошел до одного —• требуется официант. Сэм спросил, чего я еще жду, —-пока меня назначат министром? — это он хотел сострить. Я сказал—жду получки. А сам подумал: в' сущности, всю жизнь чего-то ждешь, ждешь, чтобы наступила ночь, или утро, или вечер, или воскресенье, ждешь, когда уборная освободится, когда наступит рождество или конец света.
Долго я сидел и слушал Сэма, Буфетчица даже забеспокоилась, и столик нам вытерла два раза, и подсыпала сахара в сахарницу, спросила, подать ли нам чего-нибудь еще, и убрала наши чашки. Сэм сказал, что ему пора, у него дежурство. Мы вышли, постояли еще у входа, и Сэм скрутил новую сигарету. Потом, глядя в сторону, сказал, что мы еще увидимся, но когда и где, уговариваться не стал и пошел прочь.
Я долго бродил по улицам, разглядывал в витринах всякие новинки. И ни о чем не думал. Просто ходил, как во сне,