ПРЕДИСЛОВИЕ
В сборнике немало грустных и печальных эпизодов, но есть и рассказы, полные юмора. Новозеландцы любят соленую шутку, охотно смеются «ад забавными приключениями. Интересны рассказы новозеландского классика Джона Ли — «Трактирщики грешны» и «Человеческая несправедливость», из цикла рассказов этого писателя о беззаботном новозеландском бродяге, ставшем традиционным национальным образом. Этот последний из могикан новозеландской «вольницы» чувствует, что его век кончился, что былая патриархальность нравов все больше уходит в прошлое. Хотя при чтении этих рассказов можно вспомнить и австралийца Лоусона, и американцев Брет Гарта и Марка Твена, похождения Франта, его облик вполне самобытны.
Младшими братьями Франта и его друзей можно назвать героев рассказа Барри Крэмпа «Не виновен, сэр!», умудряющихся выйти сухими из воды и оставить в дураках блюстителей закона. Немало смешных черточек и в рассказах Джойс Юэн «В ту ночь наживка ушла» и «Дорогу маленькой женщине в цветастом платье».
Естественно, не все рассказы сборника художественно равноценны. Среди его авторов и известные в стране писатели, без упоминания которых не обходится ни одна работа по новозеландской литературе, и писатели молодые, выступившие со своими первыми рассказами на страницах прогрессивных журналов. Но в целом первое знакомство нашего читателя с новеллистами из Новой Зеландии представляет несомненный интерес.
Герои вошедших в сборник рассказов, жители городов и обитатели сельских районов,—это и есть новозеландцы. У них своя история, свои традиции, своя литература.
Правящие круги Новой Зеландии мало заботит вопрос о развитии самобытной национальной культуры. Книжный рынок запружен американскими боевиками, развлекательным чтивом,- одурманивающим умы людей. Побывавший в нашей стране писатель Мэррей Гиттос, рассказывая советским читателям о своей родине, отмечает, что «торговцы развлечениями понаторели в продаже мимолетных сенсаций: большинство фильмов и радиопрограмм наполнены убийствами, сексом, садизмом и сентиментальной романтикой».
Но все эти импортные и местные суррогаты культуры не имеют ничего общего с подлинной культурой, и будущее не за ними. В лучших произведениях новозеландской литературы, пусть пока еще мало известной в мире и не блещущей громкими именами, с полным основанием можно видеть одно из ярких проявлений национальной культуры. Тут следует, пожалуй, сноеэ вспомнить хорошо известное советским читателям ленинское положение о неоднородности культуры любой буржуазной страны, а следовательно, и Новой Зеландии. Известные слова Ленина о двух культурах в каждой культуре вполне применимы и в данном случае.
Новозеландцы, бесспорно, сформировались в нацию, их литература обрела национальные черты. Но разве не кажутся порождением противоборствующих культур, с одной стороны, опусы, прославляющие истребление цветных, а с другой — произведения, зовущие к братству и дружбе; с одной стороны, сентиментальные литературные безделки и кровавые детективы, и с другой—реалистические, правдивые повествования о жизни людей из народа. Столкновение этих полярных тенденций характерно для новозеландской литературы. И думается, вполне правомерно говорить, что подлинно национальными являются те произведения, в которых прогрессивные гуманистические мотивы звучат во весь голос.