АНТОН ВОГТ
ни вспомнил рассказ о лесорубе, который отхватил себе на работе палец. По словам его приятеля, он взял да и сварил его, захотелось, говорит, попробовать на вкус. Любители держали даже пари—можно ли назвать его за это каннибалом? Джонни, конечно, не станет заниматься подобной чепухой. С него достаточно одного возмещения за увечье, чтобы распрощаться с лесом. До поры до времени, конечно... Он продолжал ковылять, с усмешкой думая о человеке, отведавшем собственного мяса. Держа направление к месту работы Бена и Матроса, он вышел наконец на расчищенный от леса участок. Здесь еще виднелись кое-где остатки прежней узкоколейки —трухлявые, прогнившие шпалы, куски рельсов, изъеденные ржавчиной, покрытая буйною зарослью папоротника и ежевики насыпь. Все небо над лесом было закутано в тучи, и только на юге брезжил обнадеживающий просвет. Вот донесся удар топора, ему отозвался другой. Их размеренный перестук слился с ударами в его голове — это Бен и Матрос старались держаться того же самого ритма, в котором у него выталкивалась кровь из жил. Взмах и удар, взмах и удар, уверенный и меткий... Меткий-то меткий, а великаны-деревья все же только того и ждут, чтобы обрушиться на них... В эту самую минуту Бен, завидев Джонни, бросился ему навстречу.
Каждый божий день с утра и до вечера они работали в лесу, и всегда вместе. Работа бок о бок стала для них потребностью. «Бен и Матрос» — говорили о них на лесопилке и никак не порознь — «Бен» и «Матрос». Все равно что «Орест и Пилад». Впрочем, так оно много надежней. Несчастные случаи из-за неудачно подобранной пары происходили до удивления часто —люди работали разными темпами, в различном ритме. Сведите, скажем, малоподвижного с проворным, и они угробят друг друга. И не в том вовсе дело, что один работает медленней, а другой быстрее. Возьмите, к примеру, пару ходиков. Стрелки их движутся с одинаковой скоростью и показывают одно и то же время. А вот маятники — разные, и по весу и по длине, а оттого и ритм у них различный, их тиканье не совпадает. В лесу надо работать слаженно, не то либо тебя раздавит деревом, либо попадешь под топор, либо сгинешь как-нибудь по-иному. Если даже вы и не повредите один другому, все равно — начнете действовать друг другу на нервы, а уж раз потеряли спокойствие —лес доделает за вас остальное. В поселке, примыкающем к лесопилке, жителей мало, а похорон много. Лес — он всегда готов дать сдачи. И дело здесь вовсе не в уме. Умными тоже бывают по-разному. Иной умеет и хорошо рассчитывать, и дельно рассуждать, и все же оказывается бестолочью в обращении с инструментом, лошадью, вагонеткой. Не легко уцелеть в лесу, где деревья подстерегают каждый твой промах, каждую ошибку твоего напарнйка, кажДое отклонение от ритма!.. Полный векового озлобления, лес только и ждет возможности опрокинуться на вас тысячами футов, десятками тонн древесины...
Бен с Матросом работали, и Матрос что-то рассказывал. Не без умолку, конечно, и к тому же замедленно, соразмеряя свою речь с придыханиями при каждом ударе. Как и все