АНТОН ВОГТ
лесорубы, Бен в дождевике и с сумкой для еды отправлялся на работу кукушкой. Заслышав ее пронзительный свист, женщины поселка провожали машину взглядом, наблюдая, как клубы паровозного дыма медленно смешивались с низкими облаками. Потом все это заглатывал лес.
Жена Бена ненавидела лесопилку. Ненавидела исполинские деревья, мрачные горы, никогда не перестающий дождь. А вот Бену нравилась игра топора в руке, нравился и запах листьев. Любил он вспугнуть и рыжего оленя, любил вслушиваться в птичьи трели и понимал их песни. Ему нравилось и прикосновение к нежной серой шкурке опоссума. Эти зверьки попадались в капканы, оставляемые им на ночь после работы. Он заранее внимательно обследовал деревья и, заметив свежие следы, расставлял ловушки. Так как ему ведомы были тайны леса, он всегда возвращался с какой-нибудь добычей, будь то хоть просто лесная крыса. И все же больше всего на свете любил он рассказы Матроса, они заменяли ему собственные приключения. Жена Бена не понимала Матроса, он был для нее всего лишь забулдыгой-пьяницей. При ней Бен помалкивал о Матросе. Зато каждый новый день приносил ему все новые рассказы про Китай, Бразилию, Цейлон, Мадагаскар, или даже Сибирь, или любые другие места, где проводил свое время Матрос, хоть и грубовато, да здорово — пил, буянил, любил, давал полную волю и чувствам и воображению —словом, наслаждался, как и Бен своими лесами. Для Матроса Бен был отличным товарищем, умел давать не меньше, чем брать. Ведь ему были знакомы в лесу каждое дерево, каждый куст, каждая пташка и букашка, каждое живое существо. Он чувствовал себя здесь как рыба в воде и наслаждался своей жизнью, как и Матрос. И ни один из них не похвалялся перед другим, оба были бескорыстно горды каждый своим мастерством.
С первой же встречи вечером за стойкой бара они сразу сошлись, каждый узнал в другом себя самого. Они были удивительно схожи, хотя вряд ли имели хоть одну общую черту. Оба походили друг на друга скорее в повадках и склонностях, чем по внешности. Любили охотиться, выпить, поесть, поболтать, да и с женщинами пошутить — не на глазах у жены Бена, конечно. Удивительнее всего было то, что оба любили работать, особенно вместе. Им нравился легкий, размашистый ритм топоров, согласное движение тел, точный расчет и сноровка в управлении весом и тяжестями — все то, что помогало одерживать победу над безмолвными зелеными великанами. Погруженные в работу, они даже не заметили Джонни, пока тот не подошел совсем близко. Просто Бен остановил на мгновенье взлет своего топора, чтобы вытереть пот с лица, а Матрос последовал его примеру. Слаженный ритм ударов сразу же оборвался, и наступила отчетливая тишина. И тут, к удивлению Матроса, Бен вдруг кинулся куда-то в сторону.
Увидев бросившегося к нему навстречу Бена, Джонни остановился. А когда заметил и бегущего следом Матроса, улыбнулся. «Когда-нибудь они вот так и под поезд бросятся вместе, — подумал он. — Только вот кто первый?» Тут Бен подхватил его под руку, и он сразу же опустился на землю, а Бен крикнул что-то Матросу, и он уже ничего не