БАРРИ КРЭМП
Тогда Тони пошел к своей машине, вытащил оттуда моторную пилу и запустил мотор. Треск поднялся—как на заправских мотоциклетных гонках. Потом он подошел к дому, приставил пилу к стене и пропилил ее насквозь, новехонькую стену своего нового, построенного в кредит коттеджа. Он сделал одну длинную прорезь снизу вверх, затем пропилил поперек вверху, снова вертикально сверху вниз, а потом поперек внизу. От пилы дым столбом, искры летят, опилки сыплются, шум такой — дом ходуном ходит. Закончил, ударил что есть силы ногой, и выпиленный кусок стены повалился в гостиную вместе с ковриками и картинками. Проем он размахал, не поверишь — наш грузовичок прошел бы, не зацепив. «Милости прошу в мой дом, ребята, — сказал он. — Захватите несколько бутылок. За остальными я через минуту пришлю мамочку».
— Неужели он сумел? — спросил Джек.
— Что сумел?
— Ну, послать жену за остальными бутылками?
— Джек, мальчик мой, он не только послал ее за пивом, он еще заставил ее подносить нам. Потом послал за курами и велел ощипать их в новенькой, построенной в кредит ванной. Варево она сготовила нам — вкуснее в жизни не едал. А после сидела рядом со своим «стариком» на краю выломанного им куска стены и пила пиво, и шутила, и глядела на него, будто он только что спас ей жизнь. Сколько живу, не видал, чтобы женщина в один момент так сильно переменилась.
— Да что же ее заставило? — вскричал Джек.
— М-м, полагаю, Тони и впрямь в некотором смысле спас ей жизнь, — ответил Сэм.
— В каком смысле?
— Видишь ли, жива-то она, конечно,
была, а вот жизни настоящей не видела, да
и мужа превратила в кухарку. Кто знает,
может быть, она, сама того не зная, уже не первый год ждала, когда он
наконец пробьет себе дорогу в гостин
йую моторной пилой... Дождь, кажется, стихает. Сходим
поглядим на эту вывеску, а?
— Вот она, — сказал Сэм, прислоняя вывеску к покосившемуся забору. — «Отель Пахау-Вэлли с продажей спирт