БАРРИ КРЭМП
улице не меньше получаса, — опростали по две бутылки каждый! — пока Тони со своей хозяйкой спорили, пускать нас в дом или нет. Наконец Тони вышел и сказал, чтобы мы заходили, но долго не засиживались, потому что Шёрл неважно себя чувствует. Думаешь, мы застеснялись? Мы втащили корзину пива в гостиную — а там блеск, коврики, картинки на стенах, всякие такие штуки — и засели. Его хозяйка то и дело подавала голос из кухни: «Тони, смотри не залей ковер пивом! Тони, не ставь бутылки на новый стол! Долго вы еще собираетесь пьянствовать, Тони?» А Тони посиживал с нами и только отвечал ей: «Нет, дорогая. Да, дорогая. Нет, дорогая». Часов в десять она легла спать и приказала ему тоже немедленно ложиться. Я и другой парень поднялись было уходить, но Тони велел нам оставаться, мы и остались.
Тут у нас дело пошло совсем на лад — получилась очень славная дружеская вечеринка. Мы принялись за вторую корзину, рассказывали всякие забавные истории, вспоминали, что было, и рассуждали, что должно быть. Потом мы проголодались, и Тони сказал, что у одного парня по соседству, которого он терпеть не может, много откормленных кур. Ну, мы прихватили бутылочку на каждого, уселись в машину и поехали за курами. Взяли по паре на душу, из тех, что пожирнее, и приехали назад, к Тони. «Э-э, — говорит Тони, — бутылка на земле валяется. Видно, кто-то из вас, ребята, уронил». Я подобрал ее и пошел за Тони к входной двери. Она была заперта. «Эй, да тут много бутылок по траве разбросано!» — крикнул второй парень, что был с нами. И верно, на траве валялись бутылки с пивом. Тут вернулся Тони от черного хода и сказал, что там тоже заперто. «Наверно, Шёрл решила, что мы не приедем до утра, — сказал он. — Я сейчас разбужу ее, она нам откроет». Он подошел к окну спальни и принялся тихонько стучать, а сам все приговаривал: «Шёрл, Шёрл, это я, дорогая. Я пришел домой». Вдруг окно распахнулось, да так, что створка угодила ему как раз по черепу. «Ты что же думаешь, я пущу тебя в свой дом с этими пьяницами и сквернословами? — завизжала она. — Можете все убираться отсюда!» — «Но, Шёрл...»—«Хватит с меня твоих «но, Шёрл»! Не пущу, и все тут. Убирайтесь, пока детей не разбудили!»
Сэм прервал рассказ и зажег потухшую трубку.
— А что дальше было? — спросил Джек.
— Ну, тут Тони и говорит своей старушке, спокойно этак: «Открой дверь, мамочка, даю тебе десять секунд сроку». —
«Да как ты смеешь со мной так разговаривать? Ты что думаешь, я позволю тебе шляться по ночам и угрожать мне в моем собственном доме, пьяный хулиган?» — «Осталось пять секунд, мамочка», — говорит Тони. «Ты просто пьян, иначе не посмел бы говорить мне такие вещи!» — «Подумай хорошенько, что ты делаешь, Шёрл. Если ты не откроешь дверь, я ведь все равно войду». А она в ответ крикнула, чтобы он подождал, пока протрезвится, и захлопнула окно.