ДЭН ДЭВИН
Мы пошли вдоль поезда. Повсюду на насыпи на корточках сидели темные фигуры с узлами. Американский военный патруль с карманными фонарями и дубинками прохаживался вдоль состава.
Офицеры из нашей части сидели в дверях вагонов, с интересом разглядывая местность, которая еще могла стать их могилой. Но большинство уже расположилось на ночлег с такими неудобствами, которые может вынести только солдат с его долгим солдатским терпением, его чувством юмора, его невероятной приспособляемостью; беспомощная забота офицера тут тоже помогает, пусть и немного. Увидев нас, те из них, которые еще не спали, заржали, как лошади, заблеяли овцами, замычали, как стадо коров. Мы расхохотались, и они расхохотались в ответ.
— Да, не сладко нам, ребята, — сказали мы. Они снова засмеялись, но весело им не было.
— Мы уже попривыкли, — сказал один.
— Следующую войну нам надо воевать в Новой Зеландии, и уж там мы организуем все, как надо, — сказал кто-то из них. И мы все снова засмеялись.
— Спокойной ночи, — сказали мы.
— Спокойной ночи.
Шагая обратно, мы повстречали- американского солдата. В темноте он не разглядел наши офицерские погоны.
— Что это за люди? — спросил я, указывая на силуэты людей с узлами.
— Тут такое дело. В Потенце у них черный рынок. Это вроде сельскохозяйственного центра. И туда не подходит никакой транспорт, вот потому все эти горожане пытаютсявлезть в поезд, чтобы подъехать туда и запастись продо* вольствием.