ФРЭНК САРДЖЕСОН
— Тебя бог миловал.
— Да, я знаю. А Пег Уотсон и Мардж Эндрьюс?
— Бедная миссис Эндрьюс, — сказала миссис Боумен.И тут миссис Боумен накинулась на меня за то, что я
положил ей в чашку слишком много сахару.
— Когда меня с ног сбило, я думала, что уже никогда больше не буду пить чай, — сказала Салли.
— Налить еще чашку? — спросил я.
— Мистер Доран, — сказала миссис Боумен, — сколько вы положили заварки?
— Я заварил покрепче, — сказал я. — Я думал, вы захотите покрепче.
— Можно подумать, что мы какие-нибудь миллионеры, — сказала миссис Боумен.
Салли сказала, что она больше никогда не вернется на этот военный завод.
— Почему? — спросила миссис Боумен. Видно было, что она чувствует себя гораздо лучше, говорила она совсем другим тоном.
— Не вернусь, и все тут. Тебя никогда не сшибало с ног таким ветром.
— И мне не сладко приходилось в жизни. Совсем не сладко.
— Знаю, мама. Но тебя никогда не сшибало таким ветром.