ДЖОН ЛИ
— Парень с характером, —заметил трактирщик. —Пока работает, капли в рот не возьмет.
И вот Франт выпил чашку чаю с горячими, поджаренными в масле лепешками и пошел в сарай, подождать, «пока подействует приманка». Он налил в котелок воды, чтобы разбавить виски, и решил выпить глоток. Он давно уже не брал в рот спиртного, и поэтому виски вскружило ему голову и он забыл об осторожности. Он пил и пил без всякой меры. Об одной предосторожности он, однако, никогда не забывал. Он наливал виски в фляжку — понемногу, на несколько глотков, не больше, а бутылку заворачивал в свэг. Если обстоятельства вынуждали его отступать, он удалялся, захватив свэг, и бывал таким образом вознагражден. Этот трюк он проделывал уже много лет подряд. Вскоре виски совсем замутило ему голову, но бутылку он припрятать не забыл. Самое главное было сделано, и теперь ему море по колено.
Из трактира вышел посетитель и, обойдя дом, двинулся к двери с надписью «для джентльменов». Из сарая доносилось хриплое пение:
В этом мире жестоком Я уныло брожу, У случайных прохожих Подаянья прошу. Сирота бесприютный, Я как перст одинок, Где мой кров, где родные, Где хлеба кусок? J
Посетитель заглянул в сарай.
— Черт побери, да ведь это Франт собственной персоной!
— Привет, привет.
— Что ты делаешь, Франт?
— Ловлю крыс.
— Ловишь крыс! Ха, ха! Видать, ты скоро крупную крысу поймаешь. Берегись, как бы тебе не попалась змея. Ха, ха!
— «В этом мире жестоком...» — Франта больше интересовала собственная персона, чем гость, и он снова принялся распевать.
— Пошли, выпьем вместе, Франт.
— Извини, но я никогда не пью в рабочие часы. — Он искренне, от души сожалел.