НОЭЛЬ ХИЛЛИАРД
Это — дом. А вот спросит тебя кто, где ты был? Скажешь: дома был... дома на танги.
— Да, в общем-то, и не знаешь, где у тебя дом. То тут, то там. И тут и там, наверно.
Поезд проезжал через мост; внизу были ивы и грязная речушка.
— Послушай, Джо, там теперь все не так.
— Даже и не узнать.
— Я помню, были деревья, теперь их срубили. У меня там сад был когда-то, позади старого коровника, когда я маленький был. Теперь чертополох один. Даже и не скажешь, что сад был.
Джо кивнул.
— Помнишь речку, возле большого нгайо1 на свином выгоне? Я там раз угря поймал, жирного, что твоя автомобильная шина. Теперь там не река, ручеек крохотный. Жеруха и то не растет. Хотят кучу камней насыпать, совсем завалить. Вики говорит, зимой грязи больно много.
— Уезжаешь откуда-нибудь и думаешь: вернешься — все то же самое, через десять лет... через пятнадцать... Верно?
В открытое окно летела сажа. Они сидели молча, каждый по-своему рисовал себе потерянный рай. Вдруг Джо подался вперед.
— Слыхал, что старый Пайкиа Те Пано говорил проземлю, будто нам там в наследство причитается?
Муту не разделял его волнения.
— Слыхал. Что я землю получу, я всегда знал. Только вот не знал, сколько и где.
— Я-то насчет себя не знал, я же сводный. А ведь здорово, опять в те края, да на свою собственную землю, а, Муту?
— Еще бы не здорово. — Он взмахнул рукой. —• Да только мы не знаем, где это, ничего про это не знаем. Старый Пайкиа не знал.