НОЭЛЬ ХИЛЛИАРД
нахальные, так много о себе понимают, думаешь, уж лучше оставались бы маленькие.
— Я так скажу, лучше всего они года в четыре. Года в два-три с ними и вовсе сладу нет.
— Вот как мой Джекки. — Хемайма взъерошила волосы мальчугана, сидевшего у нее между колен. — Ты ему про что-нибудь скажешь: «Не смей», —только отвернешься, он это самое и делает. А от Джо теперь помощи не дождешься. Как приехал с этих поминок, одно на уме — земля, что он, может, в Матити получит. Уставится в одну точку, так целый вечер и сидит.
— Вот и Муту тоже. Говорю ему что-нибудь, а он: «Чего?» Я опять говорю, а он: «Чего?» Да что же это такое? И в футбол по субботам не стал играть.
Хемайма кивнула в сторону каминной полки.
— Письмо увидит, обрадуется. Полли улыбнулась.
— И Джо тоже. Небось сразу в кабак побегут.
— Да и не грех по такому случаю. Я и сама уж так буду рада выбраться из этой дыры!
— Ой, да! Я в этих заводских домах живу... дай-ка вспомнить... уж и не знаю сколько. С войны-то наверняка.
— Хорошо бы наша и ваша земля рядом были. Можно было бы друг к дружке забежать, вот как сейчас.
— Ты какой дом хочешь, чтоб Джо для вас построил?
— Ну, так: три комнаты, а будут еще дети, тогда еще пристроим. И еще большую столовую, с очагом, чтоб я там хлеб пекла. Если кто в гости придет, чтоб всем места хватило.