КЭТРИН МЭНСФИЛ
—Лампа лучше всего! — воскликнула Кези. Ей казалось, что Изабел недостаточно красиво описала лампу. Но никто не обратил внимания на ее слова. Изабел была занята выбором двух девочек, которые после уроков пойдут к ним смотреть кукольный домик. Выбор пал на Эмми Коул и Лену Логан. Но когда она сказала, что потом пригласит и других, девочки от радости не знали, как ей угодить. Одна за другой они подбегали к ней и, обняв, отводили ее в сторону. Им обязательно нужно было что-то шепнуть ей на ухо — какой-то важный секрет. Каждая хотела показать:
—Изабел — моя подруга!
Только девочки Келви, забытые всеми, отошли подальше: им уже нечего было слушать.
Прошло несколько дней, и чем больше девочек видело кукольный домик, тем больше было о нем разговоров. К нему сводились все желания, он заполнял все мечты. Только и слышно было: *
— Ты видела кукольный домик девочек Бернел? Правда красота?
— Ты еще не видела кукольного домика? Да неужели! Даже во время завтрака говорили только о нем. Девочки
сидели под соснами и ели сандвичи с ломтями баранины и пшеничные лепешки, намазанные маслом. Лил и «наша Эле», цеплявшаяся за юбку старшей сестры, сидели в сторонке — они боялись придвинуться ближе — и тоже слушали, жуя хлеб с джемом; газетная бумага, в которой они приносили свои сандвичи, была вся в красных подтеках.
— Мама,— как-то сказала Кези,— можно хоть раз привести девочек Келви и показать им домик?
— Конечно, нельзя, Кези. —• А почему нельзя?
— Иди, Кези, иди! Ты отлично знаешь, почему нельзя!
Наконец домик посмотрели все, кроме этих двух. В тот день во время завтрака о домике уже почти не упоминали. Девочки стояли кружком под соснами, а сестры Келви, как всегда, сидели в стороне, развернув газету, ели хлеб с джемом, как всегда, прислушивались, и вдруг всем за