КЭТРИН МЭНСФИЛ
— Мама, пойди посмотри, что он сделал!
— Дикки разбил хлебное блюдо!
— Мама, не вели ему!
Можете себе представить, с какою быстротой примчалась мать. Но уже было поздно. Дикки соскочил со стула и выбежал через стеклянную дверь на веранду, а мать стояла и беспомощно смотрела на него, то снимая, то надевая наперсток. Что она может сделать? Не гнаться же ей за мальчишкой? Не выслеживать его между яблонь и слив! Этим она только поставила бы себя в смешное положение. Но как это неприятно, просто слов нет! Особенно потому, что в гостиной сидит миссис Спирс, та самая миссис Спирс, у которой оба сына такие примерные мальчики.
— Ну смотри, Дикки! — крикнула мать. — Помни, тебе это даром не пройдет!
— Ну и пусть! — ответил тоненький голосок, и снова послышался звонкий смех. Мальчишка просто спятил...
— Пожалуйста, миссис Спирс, не сердитесь на меня за то, что я оставила вас одну.
— Ну, что вы, миссис Бендол, —• сказала миссис Спирс мягким, медовым голосом и как-то по-особенному подняла брови. Она точно улыбнулась про себя, разглаживая складки платья. —• Всякое бывает. Надеюсь, ничего серьезного?
— Дикки опять шалит, — сказала миссис Бендол, беспомощно стараясь найти свою единственную тонкую иголку. И она рассказала миссис Спирс, как было дело. — Хуже всего то, что я совершенно не знаю, как мне с ним сладить. Когда он начинает озорничать, на него ничего не действует.
Миссис Спирс подняла на нее бесцветные глаза.
— Даже порка? — спросила она.
Но миссис Бендол, вдевая нитку в иголку, крепко сжала