КЭТРИН МЭНСФИЛ
«Милостивый государь! Сообщаю вам, что моя маленькая Миртил была все равно что приговорена к смерти... После четырех пузырьков... она прибавила 8 фунтов за 9 недель и продолжает прибавлять».
Затем
из комода доставалась рюмка для яйца, служившая чернильницей, и писалось письмо, и на. следующее
утро матушка Паркер
по дороге на работу покупала почтовый пере
вод. Но ничто не помогало. Маленький Ленни не
прибавлял в весе. Даже поездка на
кладбище не вызывала румянца на его щеки, даже тряска в автобусе не улучшала
аппетита.
Но он был бабушкиным любимцем с первых дней...
— Чей ты мальчик?—спрашивала старая матушка Паркер, разгибаясь и переходя от плиты к грязному окну. В ответ раздавался тоненький голосок, такой ласковый, такой родной, что у нее дыханье перехватывало, точно он звучал у нее в груди, под сердцем.
— Я бабушкин мальчик! :—смеясь, говорил Ленни.
Послышались шаги, в кухню заглянул литератор; он был уже в пальто.
— Миссис Паркер, я ухожу.
— Хорошо, сэр.
— Я положил полкроны на подставку чернильницы.
— Благодарю вас, сэр.
— Да, кстати, миссис Паркер, —быстро заговорил литератор, —не выбросили ли вы в прошлый раз, когда приходили ко мне, немного какао?
— Нет, сэр.
—