ос
торый стал мучить его, едва он взглянул на скелет, и старшин мальчик покатился со смеху.
— Вот дурень, — взвизгнул он, — там же не кость,там только хрящ!
Мистер Хансен вышел из курятника с корзиной белых яиц. Он прошел мимо пустого мешка, мимо мальчиков и сложенного ими белого бамбукового человека, будто совсем забыл о них, и крикнул жене, чтобы она взяла яйца и вскипятила чай.
— Молодые люди торопятся на рыбалку, — добавил он, поставил корзину на веранду и принялся обтирать башмаки о скребок у порога.
И пока старик счищал грязь сперва с одной подошвы, потом с другой, Билли не сводил глаз с его сутулой
спины.
Но Дану игра уже наскучила. Ему не терпелось вскочить на велосипед и помчаться к пристани, узнать, что там за суда и какой улов сулит сегодня прилив.
Билли притих и задумался. Ему вдруг пришло в голову, что зря они так небрежно обращались со старыми костями. Подгоняли их одну к другой, смеялись, если получалось нелепо, а ведь эти кости были когда-то частью настоящего, живого человека!
Он посмотрел на густые седые волосы мистера Хансена и подумал, что, может быть, старый маориец перед смертью выглядел точно так же. Поглощенный своими мыслями, он не заметил, что мистер Хансен обернулся и смотрит на него в упор, пока старик не сказал сердито:
— В чем дело, малец? Ты нездоров?
Билли покраснел от стыда. Что-то во взгляде и голосе мистера Хансена подсказало ему, что старик прочел его мысли, и мальчик почувствовал себя виноватым, словно его поймали на месте преступления.
— Я только думал, что вы будете делать с... с этимскелетом, — ответил он после мучительной паузы, и мистер Хансен пожал плечами и сказал, что, скорее всего,
сдаст его в музей.
— Пожалуй, на сегодня хватит, как по-вашему? —
сказал он немного мягче. И Дан ответил:
—