ос
Без четверти семь все это снаряжение еще не прибыло, и цифры на доске объявлений опять пришлось изменить — отход из Ньюкасла перенесли на восемь часов.
Запасные части привезли только без малого в семь и быстро погрузили на судно. В половине восьмого я поднялся наверх подышать свежим воздухом и покурить. Вокруг почти никого уже не было. Лишь один или два портовых служащих на причале да боцман со своей командой на палубе, готовые отдать швартовы. Я облокотился на поручни и наслаждался легким ветерком и тем чувством, которое возникает в душе, когда и вахта уже подходит к концу, и большая половина еще одного плаванья осталась позади. Сам не знаю, почему я взглянул туда, где у портовых складов (эти сооружения одинаково безобразны в любом порту) уже сгустились глубокие тени — словно ждал чего-то.
Сначала у самой границы склада замелькали маленькие темные пятнышки — по два, по три. Но за несколько минут пятнышки слились в один неукротимый поток, который хлынул через причал к нашему трапу. И прежде чем матросы'на пристани сообразили, в чем дело, множество крыс уже было на корабле. Поток не ослаб даже тогда, когда боцманская команда бросилась бить их ногами и обрезками досок.
Нескольких крыс успели убить, часть сбросили за борт, но остальных это не испугало, они упрямо лезли на борт, обходя матросов, как тумбы.
На палубе крысы
разделялись и мчались в разные стороны. Я стоял не двигаясь в тени и видел, как
десятки крыс проносились мимо меня по кромке люка и разбега-
Лйсь по каютам и
коридору. Несомненно, были и другие потоки, направлявшиеся в среднюю часть
корабля, в машинное отделение и трюм.
Пока отдали приказ поднять трап, на берегу остались лишь отбившиеся. Главные силы уютно устроились внутри старушки «Каитики». Когда я спускался вниз, все только об этом и говорили, и несколько раз мне показалось — то тут, то там в темном углу я различаю глаза и острую морду притаившейся крысы. Обо всем, что я видел, я рассказал Слиму, который пришел принимать вахту, а после, когда мы освободились, Билл, Робби, я и еще несколько человек сели в кают-компании и стали обсуждать случившееся.
— Такой чертовщины я еще не видывал, — сказал Пегги, по обыкновению дымя сигаретой.— Сотня за сотней так и идут, словно на приступ... Что еще скажет их милость, когда проснется? — закончил он, посматривая на меня.