МЭРРЕЙ ГИТТОС
В глазах миссис Робинсон вспыхнул было загадочный огонек, но при воспоминании о Чарли сразу погас.
Больше происшествий не было, только каждая ступенька стонала под тяжестью шагов и преклонных лет старика. Он выскользнул на залитый тусклым светом луны двор и направился к петуху. Горсть хлебных крошек вскоре завоевала расположение и доверие петуха. И он позволил старику взять себя в руки. Старик почувствовал, как нервно дрожит теплое тело птицы, и прошептал, успокаивая ее:
— Ну-ну, не дрожи, вот ты и поел немножко. Я несделаю тебе ничего худого. Потерпи малость., и мы отвяжемот твоей ноги эту- веревку. Дай-ка я доберусь до нее.
И он развязал веревку.
Утром поднялась великая суматоха. Петух, не ведавший о коварных намерениях людей в отношении домашней птицы, не ушел со двора. Обнаружив петуха на свободе, его владелец стал метать громы и молнии, окна дрожали от хриплой брани. А затем началась погоня по всему двору, через ящики, бочки, консервные банки и по любовно ухоженному огородику миссис Робинсон. Все вокруг звенело и дрожало от криков петуха, хлопанья крыльев, проклятий и топота обутых в сапоги ног. Петух и его хозяин носились по двору, пока не превратили все, что там было, в страшнейшее месиво. Но в конце концов, разумеется, петух был пойман и снова привязан к столбу — потому что нет такой силы, которая могла бы противостоять изворотливости человека, добывающего себе обед. И тогда, красный, как кирпич, хозяин петуха свалился на постель и осушил бутылку пива одним долгим, привычным глотком.
Старик с интересом наблюдал за ходом событий. Весь день он сидел у окна и смотрел, не смея вмешаться. Владелец петуха очень редко ходил на работу, и никто не знал, в чем тут дело. Одни говорили, что он букмекер, другие
уверяли, будто он живет на присылаемые ему кем-то деньги, остальные приписывали ему неслыханные пороки и придумывали такие уму не постижимые объяснения, что, окажись тут все правдой, ни одна газета не осмелилась бы напечатать об этом хоть строчку. Как бы там ни было, жилец этот обычно торчал весь день в своей выходившей во двор комнате, курил, потягивал пиво и читал дешевые бульварные книжонки про всякие ужасы и преступления. Сама мысль о том, чтобы хоть немного подкормить голодного петуха, принадлежавшего такому человеку, была чистейшим безумием.
Но старику не нравилось, что петуха морили голодом и держали на привязи.
Настала ночь, и снова ровно в час старик встал с постели и вышел в коридор. На сей раз, приближаясь к пово