МЭРРЕЙ ГИТТОС
Если бы только Кэти не упомянула игру, тогда бы Артур поверил, что черная собака просто потеряла хозяина и увязалась за ним. Но теперь он вроде припомнил, что действительно играл в кости, когда был в трактире. Может, он выиграл? Может, ставкой была эта черная собака? Он опять посмотрел на собаку — глупая ухмылка, и такой же глупый обрубок хвоста разметает пыль на полу. В душе зашевелилось чувство ответственности.
И Артур упрекнул жену:
— Красотой она не блещет, но ведь, надо думать, вредаот нее не будет.
— Я вообще не желаю ее видеть, — отрезала Кэти. — Я не пущу в дом грязную собаку, она всюду наследит.
— А ее и незачем пускать в дом. Пусть остается наулице, если она чья-нибудь, она и сама уйдет. •—Артур,правда, был не совсем уверен, что она чья-нибудь.
Одно стремительное движение, и в руках Кэти вместо ложки оказалась метла.
- — Вот как! —угрожающе сказала она. —Ладно же! Если ты не желаешь ее прогнать, я сама с ней разделаюсь!
Черная собака мгновенно прочитала приговор в глазах Кэти, вспыхнувших злым огоньком. Она позорно бежала, а Кэти с метлой гналась за ней. по пятам. Только очутившись в безопасности за калиткой, собака остановилась и обиженно посмотрела на Кэти. Кэти почувствовала, как у нее сжимается горло. Собака побрела прочь. Кэти крикнула ей вслед, чтобы она не возвращалась.
— Ну вот и все, — громко сказала Кэти, входя в дом.
За ужином Артур не смотрел на Кэти.
— Ну, теперь ты довольна, — сказал' он угрюмо. — Может, это моя собака, и теперь она подохнет с голоду.
— Собаки не дохнут с голоду.
— Не дохнут, значит? Кто это сказал, что не дохнут?
— Я говорю. — Кэти почувствовала запах горелого и бросилась к плите. — Из-за тебя вот жаркое подгорело.