ДЖОЙС ЮЭН
мытья уборной. Обшарив все шкафы, я оторвала докторову жену от телефона и спросила, где они держат эту щетку.
— Щетку для уборной? — вытаращила она глаза.
— Ну да — щетку мыть уборную, — сказала я ей.
— Не знаю, у нас ее, кажется, вообще нет, — скгзала она, очень удивившись.
— А чем же пользовалась та, другая, до меня? — выспрашивала я у нее.
—• Право, не знаю. Откуда мне знать? — сказала она. Теперь это была уже не одна глюкоза, но и уксус,
— Мне нужна щетка, — сказала я.
Она улыбнулась, и голос опять стал сладчайшим.
— Да, конечно. Пойдите и купите. Покупайте все,что нужно. Я с вами потом расплачусь.
По пути домой я зашла в магазин и уплатила восемь шиллингов и девять пенсов за щетку.
В одиннадцать утра на следующий день, после приятной беседы за чашкой чая, я наконец добралась до ванной. Я ворвалась туда, вооруженная тряпками и составами для чистки. Это была потрясающая ванная. Серебряная и черная, и всюду разбросаны полотенца с инициалами — его и ее. Мне только сама ванна не понравилась. Она была полна серой воды, а кругом шла полоса грязи толщиной чуть ли не в палец. И в ванной я слышала, как докторова жена говорила своей Хильди, что «ты знаешь кто» по-прежнему милочка, но становится что-то уж чересчур требовательна. Я вымыла пол и вычистила раковину, но к ванне не прикоснулась. Я позвала ее, когда они с Хильди окончательно вымотали друг друга.
— Кто мылся последний?
Она пришла и удивленно спросила:
— Доктор, вчера вечером. В чем дело?
— Он не вытащил пробку, — ответила я.
—