ДЖОЙС ЮЭН
риком. Я слышала, как у нее наверху жужжит пылесос и как, напевая «О дорогая, солнышко мое!», она то и дело бегает взвешиваться на весах — это в промежутках между телефонными звонками. Наверное, у нее было больше подруг, чем у ее мужа-доктора пациентов. Я надеялась, что в это утро не многие собирались отдать богу душу, потому что они бы вспотели, пытаясь дозвониться. Мне приходилось прислушиваться, когда она болтала по всем отводным трубкам наверху, но когда она спустилась с пылесосом в гостиную, звук стал прямо-таки стереофоническим» Она известила какую-то особу по имени Хильди, что она не может говорить откровенно, потому что, ты знаешь, кто у меня на кухне, но что эта «ты знаешь кто» прямо ниспослана ей богом. Очень аккуратная, чистоплотная, дельная. Затем она сообщила Хильди, что все-таки решила куцить тот костюмчик, потому что такой покрой стоит любых денег.
— А теперь мне пора кончать, надо приготовить чай, тызнаешь для кого, — сказала она.
Так вот, мы вместе выпили по чашке чаю, закурили,и она все осматривалась кругом и улыбалась до ушей.Она сказала мне, что по утрам доктор иногда принимаетдома, иногда уходит, а сестра приходит только во второйполовине дня, и тоже не всегда, так что она привязана,нет, прикована, к телефону. Потом она швырнула младенца
на заднее сидение мощного автомобиля и укатила за покупками.
— Если кто будет звонить, узнайте зачем, и не задерживайтесь ни на минуту после часа, если я не вернусь, — ;крикнула она.
Так вот, я. записала, кто ей звонил — Бетти и Берта,\
Бриджит и Барбара, так что я даже обрадовалась, когдапозвонила какая-то миссис Пикетт и сказала, что мла- ;
денец плохо сосет и не надо ли проделать еще однудырочку в соске? Я посоветовала ей кормить младенца j
через день, пусть посмотрит, как он тогда начнет сосать.
Она ответила, что такая мысль никогда не приходила ей в голову.
Так вот, ровно в час я ушла, с чувством удовлетворения, что одолела такую работенку; неудовлетворенность я почувствовала позже, когда вернулась домой и увидела, сколько у меня там накопилось работы.
Вечером за ужином Гарри спросил меня, как дела, и я сказала, что прекрасно — хорошая плата, хорошая хозяйка, — ну а от тяжелой работы еще никто не умирал. Ребятишки на меня злились, потому что у меня не хватило времени приготовить им пуддинг.
На второй день я занялась другими делами. Меня немножко удивило, что я нигде не могу отыскать щетку для